Госдума выделит новые признаки мошенничества

Законопроект, детально расписывающий понятие «мошенничество» для Уголовного кодекса, может сильно измениться. Новая редакция Гражданского кодекса не помешает работать журналистам. А потерпевшие получат дополнительную защиту в ходе процесса. Эти новости сообщил председатель комитета Госдумы России по гражданскому, уголовному, арбитражному и процессуальному законодательству Павел Крашенинников.
Афера в лучшем виде
Напомним, не так давно Верховный суд России внес в Госдуму законопроект, дополняющий Уголовный кодекс новыми видами мошенничества. В каждой из них аферизм представляется под каким-то новым углом. Например, вводятся такие понятия, как мошенничество в сфере страхования, мошенничество с платежными картами и так далее.

Как ранее пояснял председатель Верховного суда России Вячеслав Лебедев, дифференциация составов этого преступления «позволит исключить возможные ошибки и злоупотребления в привлечении за мошенничество в сфере экономики, позволит отграничить уголовно наказуемые деяния от гражданско-правовых отношений».

Как сообщил Павел Крашенинников, законопроект сегодня направлен в рассылку. Это необходимая процедура, документ рассылается компетентным органам для получения отзывов. «Мы в принципе можем в достаточно короткие сроки рассмотреть законопроект на комитете и предложить на рассмотрение палаты то, что нам предложил Верховный суд», — сказал Крашенинников. Вместе с тем, как передает «Интерфакс», он выразил сомнение, что законопроект ВС должен быть принят именно в той редакции, в которой он был внесен.

«Я не уверен, что надо столько статей отдельно делать, как предложил Верховный суд, но концептуально законопроект поддерживается», — подчеркнул глава комитета, добавив, что у парламентариев есть свои предложения по этой инициативе. «Во-первых, надо установить крупный размер и особо крупный размер (примечанием к статье 159 УК). Здесь суммы могут быть разными, но применительно к экономическим составам — это 1,5 миллиона и 6 миллионов рублей. Мы хотели бы, чтобы уголовные дела по мошенничеству возбуждались по заявлению потерпевшего. И неплохо было бы написать, что неисполнение гражданско-правовых договоров не является мошенничеством», — предложил Крашенинников.

Он добавил, что сама статья сейчас зачастую становится источником коррупции, потому как неисполнение гражданско-правовых договоров часто трактуется как «мошенничество», хотя у гражданина не было умысла не отдавать кредит или не построить что-то вовремя. В целом он выразил надежду, что в результате работы над законопроектом удастся «выйти на современную нормальную статью УК».

Кстати, как сообщил член профильного думского комитета по законодательству Рафаэль Марданшин, на данный момент помимо инициативы Верховного суда разработаны еще три законопроекта по этому поводу.

В частности, одну из инициатив разработала общероссийская общественная организация «Деловая Россия». Она предлагает дополнить статью 159 новым квалифицирующим признаком — «преступления, совершенные в сфере предпринимательской деятельности». По замыслу, это должно отделить настоящих мошенников от предпринимателей, которым правоохранители пытаются «навесить» обвинения в мошенничестве.

«Не только российские предприниматели, но и иностранные инвесторы, работающие на территории нашей страны, считают размытость формулировок «экономических» статей УК РФ одним из важнейших рисков для ведения бизнеса. Поэтому очень важно создавать благоприятные условия для компаний, готовых вести прозрачный и ответственный бизнес в России», — утверждают представители предпринимательского сообщества. Кроме того, правительство, одобрив в целом законопроект, предложило уточнить в законе понятие финансовой пирамиды. Соответствующий проект также разрабатывается.

Жертвенная помощь
Одновременно, как сообщил Павел Крашенинников, комитет Госдумы по законодательству рекомендовал к принятию в первом чтении законопроект, направленный на усиление государственной защиты потерпевших от преступных действий. С этой целью также вносятся некоторые изменения в Уголовный кодекс, Уголовно-исполнительный и Уголовно-процессуальный кодексы России.

По словам Крашенинникова, в проекте расширяются права потерпевшего в уголовном судопроизводстве, устанавливается предельный срок — не более пяти дней, в течение которого должно быть принято решение о признании лица потерпевшим. После этого потерпевший или его представители имеют право знакомиться с постановлениями о назначении судебных экспертиз и их заключениями, а также о привлечении конкретного лица в качестве обвиняемого.

Также укрепляются гарантии обеспечения конфиденциальности жертвам преступлений. В приговорах будет разрешено использовать псевдонимы потерпевших. А для смягчения режима или вовсе условно-досрочного освобождения осужденный должен будет возместить жертве ущерб, хотя бы частично. «С принятием данного законопроекта судебный процесс для потерпевшего в определенном смысле перестанет быть «черным ящиком», на выходе из которого появляются не всегда понятные для него судебные решения, — говорит Павел Крашенинников. — Кроме того, будет в большей степени обеспечена безопасность потерпевшего и свидетелей преступления. Важно и то, что потерпевшие смогут с большим основанием рассчитывать на возмещения вреда, причиненного им преступными действиями».

Кодекс прессе не помеха
Отреагировал Павел Крашенинников и на заявление членов Общественной палаты, что принятие «новой редакции» Гражданского кодекса серьезно ограничит профессиональную деятельность журналистов и СМИ в целом. По его мнению, эти опасения необоснованны.

Члены Общественной палаты предложили исключить из готовящегося ко второму чтению законопроекта статьи, касающиеся СМИ. По их мнению, предлагаемые поправки могут негативно отразиться на деятельности масс-медиа. По словам Павла Крашенинникова, обращение основывается на старом тексте. Между тем, ко второму чтению законопроект сильно изменился, к нему поступило более 2 тысяч поправок.

Согласно Крашенинникову, проект новой статьи Гражданского кодекса 152.2 («охрана частной жизни») четко разграничивает, в каких случаях можно вмешиваться в жизнь публичного человека, а в каких нет, а также устанавливает порядок изъятия и уничтожения материальных носителей, в том числе тиражей изданий. «У нас если любой гражданин в частной жизни, его нельзя трогать, и любые вещи, которые нарушают его частную жизнь, на них реакция возможна в суде, и его можно за это наказать. Если гражданин в публичной жизни — должностное лицо или «звезда» — то это уже публичная жизнь… По-моему как раз все формулировки очень хорошие. Ничего нового в мире мы не изобретаем», — сказал он.

По данным агентства РИА Новости, предлагаемый текст статьи гласит, что сбор, хранение, распространение и использование любой информации о частной жизни гражданина, в том числе сведений о его происхождении, месте пребывания, личной и семейной жизни, не допускаются без его согласия. Не будет нарушением закона сбор, хранение и распространение такой информации в государственных, общественных или иных публичных интересах, а также когда личные подробности стали ранее общедоступны либо были раскрыты самим человеком.

Неправомерным распространением полученной с нарушением закона информации о частной жизни гражданина считается, в том числе, ее использование при создании произведений науки, литературы и искусства, если такое использование нарушает интересы гражданина. Значит, если кто-то напишет роман, в котором явно описан конкретный человек, книга будет запрещена. И не поможет даже смена имени персонажа.

Добавить в избранное